Вопрос, который нередко задавали и 20 лет назад, и в наши дни: в столице так много музыкальных училищ, вузов, две средние специальные музыкальные школы – и во всех этих учебных заведениях обучаются духовики. Так нужно ли было открывать еще одно, чисто духовое музыкальное училище?

Оказывается нужно. И вот почему.

Когда-то в любом, самом маленьком городке России – не говоря уже о крупных культурных центрах – по выходным дням, по праздникам и просто вечерами в парках, садах звучали духовые оркестры. Люди их любили, специально приходили слушать старинные марши, пели любимые песни, танцевали под звуки вальсов… Где теперь эти оркестры? Что слушают наши дети, наша молодежь?

Когда-то в СССР существовали десятки школ музыкантских воспитанников, где маленьких мальчишек – зачастую сирот, беспризорников или ребятишек из бедных семей – замечательно учили играть на духовых инструментах. Впоследствии из этих ребят вышли большие музыканты, которыми по праву гордится наша страна. Где теперь эти школы? Со временем все они закрылись, а чему учатся нынешние дети из неблагополучных семей (который теперь в десятки раз больше, как и беспризорников!) – кажется, об этом уже много-много говорилось на самых разных уровнях …

Когда-то в любой армейской части был свой духовой оркестр, которым гордились воины, причем этих оркестров были сотни. Помимо выполнения практических задач, связанных с военным бытом, они постоянно играли для широкой публики, выступали в конкурсах… С сокращением армии распускались армейские оркестры. Заменить их было нечем, поскольку гражданских духовых оркестров - единицы на всю страну.

Получается, что самый любимый, самый демократичный вид музыкального искусства – духовая музыка – не просто теряет свои позиции, но по сути дела вымирает.

Особенно заметной стала эта тенденция в 60-70-е годы ХХ века. Как ни странно, это совпало с огромным усилением интереса к духовому исполнительству во всем остальном мире – в Европе, Америке, напротив, духовые инструменты становились все более популярными. Наша страна давала великолепные кадры пианистов, струнников, певцов, имена которых гремели по всему миру, а духовики оставались в глубокой тени. Это было очень и очень странно и обидно: в отечественном музыкальном искусстве образовалась зияющая брешь, которую необходимо было срочно закрыть. Сознавали это многие, но как помочь – не знали. А те, в чьей власти было реально изменить положение – высшие чиновники от культуры – оставались глубоко равнодушными к нуждам духовиков.

Однако нашелся человек, который смог, наконец, переломить ситуацию, это был трубач, дирижер и педагог Рем Муртазович ГЕХТ. Понимая, что будущее начинается в детях, и надо прежде всего вырастить детей, которые будут играть в духовых оркестрах, он сумел организовать группу музыкантов-единомышленников, а главное – убедить чиновников по-новому взглянуть на перспективы музыкального воспитания духовиков. Его поддержали крупнейшие музыканты страны: дирижер Евгений Федорович Светланов, певица Ирина Архипова, композиторы Тихон Николаевич Хренников и Карен Суренович Хачатурян, профессора Московской консерватории Юрий Алексеевич Усов, Мамед Мамедович Оруджев, Роман Павлович Терёхин и многие другие.

В результате всех совместных усилий в 1980 году в Москве открылась первая специализированная музыкальная духовая школа – МГДМШ № 80 (ныне ей присвоено имя выдающегося русского музыканта В.Блажевича). Появился детский духовой оркестр, которым руководил сам Рем Муртазович. Исполнительский уровень этого оркестра убедил всех в правильности выбранного пути. Известный швейцарский журналист Жан-Пьер Матэ в своем журнале «Брасс-бюллетень» написал об оркестре и о смелом московском эксперименте восторженную статью – и о нем узнал весь музыкальный мир.

Через пять лет, в 1985 году, Р.М.Гехт явился инициатором открытия ещё одной духовой школы – ДМШ № 83 (ныне им.М.Табакова). И стало ясно, что уже назрел следующий шаг – среднее специальное учебное заведение, выпускники которого могли бы сами преподавать в музыкальных школах. Снова последовали долгие согласования, переговоры, походы по инстанциям. Снова очень помогли консерваторские профессора. Нашлись умные и чуткие люди в органах управления культурой – особенно в Главном управлении культуры Моссовета, нынешнем Департаменте культуры города Москвы.